ЦБ 06.06
USD 68.63
EUR 77.97

Геннадий Бидерман: «Мы победим эту пандемию»

Руководитель скорой помощи в Сестрорецке рассказывает, как медики борются с коронавирусом

Ежедневно страна с тревогой следит за сводками о том, какими темпами распространяется коронавирус, какие меры принимаются для защиты от инфекции. Петербург на третьем месте по заболеваемости после Москвы и Подмосковья. Мы поговорили с заведующим отделением Скорой помощи Городской больницы №40, врачом высшей категории Геннадием Бидерманом о работе медиков в период пандемии, страхе за своих близких и ответственности каждого из нас.

– Геннадий Феликсович, начнем с главной темы каждого дня: COVID-19. Расскажите, как осуществляется госпитализация больных с коронавирусом по скорой?

– Мы работаем в соответствии с распоряжениями главного врача городской больницы №40 и Эпидемического бюро (Центра гигиены и эпидемиологии). Бригада, попадая на вызов к зараженному коронавирусом, регистрирует его под определенным номером и госпитализирует его в ту или иную больницу по согласованию с эпидбюро. Если дают наряд на госпитализацию в Городскую больницу №40 – там организован отдельный подъезд, «чистая» и «грязная» зоны. Бригада едет в защитных костюмах, респираторах, очках, перчатках. Пациент доставляется в специальный корпус для лечения пациентов с COVID-инфекцией, минуя «чистый» приемный покой и все другие корпуса больницы, где лечатся пациенты с соматическими заболеваниями. Этот корпус перепрофилирован в соответствии с современными требованиями эпидемиологов и инфекционистов, чтобы инфицированные пациенты не пересекались с другими группами пациентов.

– А до начала пандемии скорая не привозила больных через инфекционный бокс?

– Нет. Ранее эпидбюро любого инфекционного пациента направляло в Боткинскую больницу – там все отделения боксированы. А у нас в стационаре соматические отделения, сюда инфекция не должна попадать ни при каких обстоятельствах.
В перепрофилированном корпусе Больницы№ 40 пациенты с COVID проходят лечение всеми современными методами, которые есть на сегодняшний день в мире – подчеркиваю: в мире! Точное количество пациентов назвать не могу – мы занимаемся, в основном, госпитализацией.

– Каково среднее количество пациентов с COVID, которых госпитализируют по скорой?

– Очень немного. Ведь мы ездим по Курортному району. 250-260 человек в среднем по всему Петербургу (данные на конец апреля). Подчеркиваю: у нас организовано лечение пациентов с тяжелой формой коронавирусной инфекции. В Больнице №40 есть порядка 45 аппаратов ИВЛ. Когда больница начала работу по COVID, сюда было переведено много пациентов с тяжелой пневмонией из других стационаров.

– А есть разница по количеству вызовов скорой помощи в будни и выходные?

– Нет, совсем никакой связи. При этом режим самоизоляции у нас почему-то соблюдается плохо. На выходных в хорошую погоду все выходят гулять, детские площадки, хоть и обмотаны заградительными лентами, все по-прежнему заполнены, побережье Финского залива усеяно людьми, которые жарят шашлыки, дышат воздухом. Вот после таких выходных через 5-6 дней как раз возникают вспышки заболевания. Но сейчас все настолько перемешалось: у одного инкубационный период 4 дня, у другого – 9. В один день 250 человек выявляют с подтвержденным COVID, в другой – 150, в третий – 400.

– Изменилось ли количество вызовов по другим заболеваниям?

Интересное наблюдение: как только в России появился коронавирус и количество заболевших стало увеличиваться, люди почему-то забыли про другие заболевания. Если раньше мы ездили на повышенное давление, боли в животе, сердечные приступы, почечные колики – то теперь куда-то все эти вызовы подевались! Человек как-то не обращает внимания, что у него закладывает в груди, но зато следит за температурой, покашливанием и другими симптомами новой инфекции. Но надо понимать, что с температурой 37,5, першением в горле и ознобом скорая на вызов не поедет – придет участковый терапевт и выяснит ориентировочный диагноз. Если это легкая форма с небольшой температурой – берется мазок. И даже если диагноз подтверждается, такой пациент может лечиться и дома. Поймите, коронавирус не обязательно приковывает человека к постели: по некоторым наблюдениям, 40-45 % выявленных случаев проходит бессимптомно.
Количество вызовов к пациентам с симптомами COVID увеличилось, хотя зачастую все совсем не так, как человеку кажется: поднялась температура, его «ломает», а пациент уверяет, что ему воздуха не хватает (потому что он этого боится). Мы приезжаем, измеряем насыщаемость крови кислородом пульсоксиметром и сразу видим, хватает кислорода или нет. Если кислорода в крови не менее 96-97 %, то явно, что дело не в легких.

– Давайте поговорим о врачах. Ведь нагрузка на скорую в нынешней ситуации серьезно возросла. Как медики справляются с этой возросшей нагрузкой, в том числе и психологической?

– Время, проведенное на дежурстве, делится на три части: первая – время с пациентом на квартире, вторая – в машине при госпитализации, и третья – это время без пациента: отдых на станции, прием пищи и т.д. И если раньше при большем количестве вызовов время работы с пациентом было меньше или равно времени без пациента – то сейчас ситуация изменилась. У нас длительные переезды: каждого второго пациента вы возим в Петербург. Госпитализировать пациента из Зеленогорска (а это еще 30 км в сторону Финляндии) в Петербург – минимум час. А дальше мы еще постоим в очереди часа 3-4, а может, и все 10! Сейчас время сдачи пациента увеличено в разы! Если раньше вся сдача пациента занимала 10-15 минут, сейчас нужно снять правильно костюмы, обработать машину и т.д. плюс время на ожидание… Получается, что времени на отдых у медиков скорой нет вообще.

 – А на обед?

– Время на обед у скорой никогда не было регламентировано: когда есть свободная минута, тогда и перекус. По поводу психологической напряженности… Это сложнее. В первую очередь медики думают не о себе. Я же с ними разговариваю каждый день! Что-то объясняю, ругаю, напоминаю. У всех семьи, и переживают они, чтобы не заразить своих родных, в первую очередь – пожилых родителей, для которых эта инфекция может стать очень опасной. Медики боятся инфицировать свои семьи. Потому что сейчас это коронавирус, а в другое время это могут быть другие инфекции, тоже опасные. Переживают.

 – Есть ли среди медиков на вашем отделении случаи заболевания или смерти от COVID-19?

–Нет-нет. У нас, слава Богу, среди сотрудников нет тяжелых форм. Заболевшие сотрудники есть.
Но я должен сказать вот о чем. Уже несколько случаев было таких: приезжаем на вызов, не связанный с COVID-19. Едем к пациенту с гипертонией, например. Заходим в квартиру, а там, оказывается, лежит больной с подтвержденным COVID, и при вызове человек не просто не сообщает, что дома больной, но еще и всячески скрывает эту информацию при разговоре с диспетчером, понимаете? Это преступление! Ведь для всей бригады – три человека! – это 80%-я вероятность заражения.
 На вопрос, почему скрыли информацию, слышим: «А если мы скажем, то вы вообще не приедете!» Вот это – бред! Мы приедем, просто мы приедем защищенными. Мы успеем одеть средства индивидуальной защиты. Все будет точно так же, просто мы себя немножечко тоже сбережем. И себя, и свои семьи, и своих коллег.
Мои самые искренние соболезнования семьям погибших медиков.

– По поводу мер безопасности: хватает ли медикам Скорой помощи всех необходимых средств защиты (масок, перчаток, костюмов, антисептиков)?

– Даже в начале пандемии, когда было много информации о дефиците масок и антисептиков в аптеках, у нас никаких проблем с этим не было. С самого начала – то есть когда в России появился первый коронавирусный пациент – у нас были и маски, и наборы (там и бахилы, и комбинезон с капюшоном, с забралом и.т. п) Это же касается и дезинфицирующих растворов.

– А какая маска более эффективна? Одноразовая медицинская или же многоразовая, которую можно стирать? Учитывая, что введен обязательный масочный режим.

– Знаете, для чего мы носим маски на улице? Чтобы грязной рукой, которой мы потрогали за поручень в автобусе или за дверную ручку в магазине, не прикасаться к лицу. Потому что если вы случайно почешете себе глаз или нос грязной рукой, то на слизистую может попасть вирус. При кашле или чихании вирус вылетает и оседает на разных поверхностях, где может держаться 3-4 дня. Он может осесть и на пылевую частицу где-то на улице, например, и поэтому маска на улице опять-таки поможет.
На самом деле все маски в этом смысле равноценны. Понятно, что респиратор обеспечивает более серьезный уровень защиты, но он и стоит дороже. А расход масок у нас большой, ведь мы на каждый вызов обязаны войти в новой маске. 3 человека в бригаде, 50-60 вызовов в сутки – сосчитать нетрудно.

– СМИ пишут, что от коронавируса нет лекарства. В больницах зараженных лечат от вирусной пневмонии. Можно ли помочь своему организму простыми народными средствами? Лук, чеснок, мед, имбирь, лимон и т.п.

– Я знаю точно, что у лука и чеснока есть местное бактерицидное действие. Боится коронавирус лука или нет, я не знаю. Но если вы будете есть каждый день лук, чеснок и лимон, хуже вы точно не сделаете.

– Вы как врач применяете методы народной медицины в периоды эпидемий гриппа, например?

– Конечно! Я 25 лет отъездил на скорой помощи, и когда буквально весь город болел гриппом – конечно, мы обязательно применяли эти народные средства. Я уже не говорю о лимоне, бруснике, клюкве – их используют веками! Ведь в прошлом не было такого количества аптечных средств, а людям нужно было как-то выживать. Но понимаете, в ситуации пандемии вы можете выпить десять литров клюквы и при этом не вымыть руки – и вы заболеете этим COVID. Тут нужен комплекс общеукрепляющих и комплекс простейших гигиенических мероприятий. Вы пришли откуда-то – сразу обработайте себе руки антисептиком или влажной салфеткой. Плюс перчатки, плюс, если пришли в магазин, соблюдайте дистанцию. Тогда никаких проблем не будет. Но если всего один раз потерять бдительность – этого будет достаточно, чтобы заболеть.

– Какие рекомендации вы можете дать нашим читателям?

– Пожалуйста, оставайтесь дома! Когда я вижу просто гуляющих по улице людей с детьми, – я не могу найти этому оправдания. Или рыбаки: если он один ловит рыбу где-то в деревне – может быть, я даже «за». Но когда в разгар пандемии 150 рыбаков стоят рядком на Арсенальной набережной – то о чем можно говорить?
Врачи на работе падают – понимаете? – просто падают в этих комбинезонах, в которых даже в туалет не сходить. Снимаешь этот комбинезон – весь мокрый до трусов! Медиков отзывают из отпусков, чтобы они дополнительные рабочие места закрывали. То есть врачи бьются до последнего, а люди беспечно ходят и заражаются коронавирусом!

 – То есть люди не понимают всю меру ответственности…

– Конечно. Людям объясняют: если вы заболеете, вас некуда будет положить, не хватит мест в больницах, везде переполнено. Вот что я хотел сказать…

– Геннадий Феликсович, каков ваш прогноз? Допустим, все соблюдают рекомендации, носят маски и перчатки, пользуются антисептиком и т.п. Когда пандемия в Петербурге может закончиться?

– Я реалист. Очень бы хотел, чтобы это закончилось к началу лета. Но мы еще даже не вышли на плато. Поэтому будем делать день за днем свою работу, и результат придет быстрее, чем вы ожидаете. И мы победим эту пандемию, обязательно! Если каждый будет отвечать не только за себя, но и за человека, который рядом с ним – то все будет в порядке.

   Ольга Баранова


Больница № 40 в Сестрорецке

 

Комментарии

Comments system Cackle