Чемодан со своей культурой

По квартирам поползли тараканы… Председатель ТСЖ дома одного из районов Петербурга вызвала санэпидстанцию. Квартиры в парадной обработали, но в сам источник антисанитарии обитатели квартиры не впустили сотрудников: «Мы снимаем жилье, и за свои деньги живем, как хотим». А вечером глава семейства мигрантов пришел к председателю ТСЖ и обещал ей «отвернуть голову» если еще раз «сунется в ЕГО дом».

Это – не самый вопиющий случай поведения мигрантов, в отличие от недавних московских событий, когда приезжий ревнитель нравов ударил русскую девушку за то, что она ходила в шортах. Или – когда во дворе, на детской площадке жители Средней Азии совершали намаз. Но даже бытовая ситуация способна сегодня перерасти в проявление экстремизма и конфликт на национальной почве.

На тему «Как охранять границы своей культуры?» разговариваем с адвокатом, членом Международной коллегии адвокатов, основателем региональной казахской национально-культурной автономии в Петербурге Мухтаром Ариповичем Антеевым.

– Мигранты меняют облик города, они привозят в чемоданах не только вещи, но и «часть своей культуры». Иногда они начинают насаждать свои законы поведения. На ваш взгляд, как можно противостоять этому во избежание экстремистских настроений?

– Как адвокат я давно защищаю интересы граждан и юридических лиц по уголовным и экономическим делам. Сталкиваюсь с разными ситуациями. В 1985 году я приехал в Ленинград, чтобы учиться. Тогда мы были единой страной, но я знал, что еду в культурную столицу и, конечно, смотрел – что принято здесь, а что нет. Сегодня ситуация поменялась: мигранты едут в Россию в основном с целью зарабатывать деньги. Безусловно, это влияет на статистику преступлений.

Большинство мигрантов работают, пытаются легализовать свое пребывание в РФ, но некоторые совершают преступления, а некоторые становятся жертвами своих же земляков. Нередко приезжает сюда человек, потому что какой-то родственник обещал, что здесь есть работа, его встретят и помогут устроиться, а по приезде его никто не встречает, он один в другой стране. Ни работы, ни ночлега, ни денег. Хорошо, если найдет земляков, если нет – идет на криминальные деяния. Если кого-то ограбил мигрант – это вполне себе ситуация национальной неприязни, а там недалеко до экстремистских настроений.

В течение многих лет я был членом Консультативного совета при правительстве Петербурга, который возглавлял губернатор, и членом такого же совета при губернаторе Ленинградской области. И уже тогда предлагал ввести изменения в миграционное законодательство о том, что приезжающий сюда должен иметь при себе определенную сумму денег. Например, чтобы прожить месяц, найти работу и не совершать преступление вынужденно. Такое правило минимизирует риски экстремальных ситуаций, в том числе на национальной почве.

— Можно ли изменениями в миграционном законодательстве регулировать поведение мигрантов в быту?

— Было бы неплохо не просто раздавать при въезде миграционные карты, а информировать под роспись каждого – что можно, а что нельзя в России. Некий свод правил: например, нельзя громко разговаривать по телефону на улице и в общественных местах. Нельзя через весь двор шумно переговариваться на своем языке и т. д. Объяснять, что нарушение этих правил ведет к конфликту с окружающими и с законом, что повлечет его выдворение из страны. Многие понятия не имеют, что они совершают административные правонарушения, нарушают культуру места, в которое приехали. Некоторым из них кажется, что насаждать свои порядки – это норма.

Совсем без приема иностранцев нельзя, много отраслей останутся без рабочих рук. Ни одна развитая страна не обходится без мигрантов. Но миграционная политика должна быть в балансе. Приехал – изучай традиции, учи русский язык. Навязывание мигрантами своих порядков надо пресекать. Но нельзя ко всем относиться как к преступникам.

В Казахстане всегда была сильна роль русской культуры. Там, насколько мне известно, примерно половина – русские, а вторая половина — этнические казахи и другие национальности. Поэтому, как себя вести в России, у нас и так все знают. Даже в деревнях трудно найти казаха, который не говорит на русском, но в городах можно встретить казаха, который не говорит на казахском. Но в последние годы западные организации вводят свою повестку и «раскачивают» общество. Появляются якобы защитники интересов казахского народа и провоцируют волнения, а иногда и преступления.

– Вы имеете в виду январь 2022 года?

– Не только. Языковые патрули, например. Были отдельные граждане, которые ходили по общественным местам, где людей обслуживают на русском языке, и предъявляли претензию – почему не на казахском? Провоцировали людей. Но такие случаи сами простые казахи и правоохранительные органы подвергали осуждению и пресекали.  Есть люди, которые, видимо, отрабатывают деньги западных фондов, Сороса*, например. Что скрывать — многими активами в Казахстане, особенно теми, где много природных ресурсов, давно совладеют британские и американские компании.

– Может, с этим связано увеличение притока мигрантов из Казахстана?

– Я бы не сказал, что из Казахстана массово уезжают. Наоборот, возвращаются те, кто уехал оттуда в 90-е в Германию и другие страны. Экономика РК растет, в стране продвинутая налоговая система, обстановка благоприятная. Как-то на заседании российского правительства было сказано, что в некоторых вопросах надо брать пример с Казахстана. По многим параметрам Казахстан шагнул вперед. Прежним осталось одно – Казахстан не мыслит себя без России.

*Фонд Сороса, основанный финансистом Джорджем Соросом, признан  в России нежелательной организацией с 2015 года. Согласно позиции Генпрокуратуры, он представляет угрозу основам конституционного строя России и безопасности государства.

Ирина Недилько