Как англичане и шотландцы развивали Ижорские заводы
Британская колония в селе Колпино: Морган, Юнг, Гаскойн, Вильсон
![Как англичане и шотландцы развивали Ижорские заводы](https://courier-media.com/wp-content/cache/thumb/c7/74ede6feb6eccc7_980x550.jpg)
Первые выходцы из Великобритании появились на Адмиралтейских Ижорских заводах (АИЗ) в 1781 году. Тогда Адмиралтейство приобрело в Англии плющильную машину, изготавливавшую медные и железные листы для брандспойтов, котлов и кровли. Руководил новым производством плющильный мастер Фрэнсис (Франц) Морган. Он был «выписан» в Россию на 10 лет и до службы на Ижорских заводах работал в Петербурге, на Матисовом острове, обучая «адмиралтейских учеников деланию математических и оптических инструментов».
Морган служил на АИЗ до своей смерти в 1802-м, а с 1799 года по 4-летнему контракту здесь работал его сын Виллиам Морган. В 1803-м дом Морганов в селе Колпино был куплен Адмиралтейской коллегией для начальника заводов. Интересно, что деньги от продажи получил зять Ф. Моргана — известный петербургский заводчик Чарльз (Карл Николаевич) Берд.
В 1782 году в Колпине начал действовать литейный завод с четырьмя плавильными печами и горном для отливки медных гвоздей, втулок, колец, планок и крюков. Заведовал новым цехом также английский мастер Джозеф (Иозеф) Поул (Поуль, Поль, Поуэлл). Очевидно, третьим мастером из Великобритании стал Иван Тейлер, автор проекта двух новых пильных рам, производительность которых была на 30 процентов выше прежних. Сын мельничного мастера И. Тейлер родился, если судить по послужному списку, в 1750 году и в 1789-м был приглашен в Россию. Он постоянно работал мельничным мастером и механиком на АИЗ, но в 1794, 1796 и 1798 годах командировался на Новгородскую парусную фабрику «для осмотра и исправления плотины и пильных амбаров»; в 1799-м инспектировал мельницы в Казани для приобретения их в казну, а с 1800-го по 1802 год там же изучал впадающие в Волгу реки на предмет строительства лесопилен. Тейлер жил с семьей в Колпине, очевидно, до своей смерти, которая последовала не позднее 16 января 1808 года.
Скупы и отрывочны сведения о работе британских мастеров на Ижорских заводах в XVIII веке. Интересная деталь, например, содержится в инструкции командиру АИЗ 1783 года: иностранные мастера освобождались от ежедневных дежурств по заводам из-за плохого знания русского языка.
В начале XIX века британская колония на Ижоре становится более многочисленной.
С мая 1802 до конца марта 1803-го АИЗ руководил Антон Антонович Юнг. Он родился в Англии в 1759 году. В Россию приехал в 1785-м как один из множества английских специалистов, приглашенных для освоения причерноморских областей. С 1792 года Юнг служил при Николаевском адмиралтействе, где проектировал машины для подъема тяжестей, для растирания красок, для мытья белья, для подъема якорей, воды, а также веялки, ветряные мельницы и многое другое. Особого внимания начальства удостоился «станок на платформе для действия носовых корабельных пушек». Устройство нашло широкое применение на флоте. К 1799 году было сделано 43 таких механизма. В послужном списке 1799 года отмечаются превосходные профессиональные качества А. А. Юнга, его добросовестное отношение к службе, знание языков: английского, немецкого и русского.
Но в Колпине Юнг не успел себя проявить. 29 декабря 1802 года император Александр I осмотрел медные обшивные листы АИЗ и признал их негодными. Возможно, этот инцидент и привел к отставке Юнга с поста директора. Однако достоинств его как механика никто не умалял. Контр-адмирал П. В. Чичагов поручил Юнгу составить проект и смету постройки новой каменной плотины и цехов Ижорских заводов. Все работы Юнг оценил в 1 125 732 рубля. Смета показалась завышенной, и был принят проект, представленный его соотечественником Чарльзом (Карлом Карловичем) Гаскойном.
Выходец из Шотландии Чарльз Гаскойн (1739–1806) стал директором АИЗ 25 августа 1803 года. О Гаскойне в последние двадцать лет много писали отечественные и иностранные историки, поэтому в рамках своей статьи остановлюсь только на его заслугах перед Ижорскими заводами.
В управление заводами Ч. Гаскойн вступил в самый трудный период истории предприятия. Он разработал свой план реконструкции, который 1 октября 1803 года утвердил император Александр I. План был столь кардинален, что 1803-й иногда называют годом основания Ижорских заводов.
Капитальные работы, развернувшиеся в Колпине в 1803–1808 годах, преобразовали заводы и сформировали новый исторический центр села, сохранившийся в основных чертах до нашего времени. Была построена каменная плотина, поднявшая уровень реки на 10 метров, прорыт левобережный водоотводной канал для стока лишней воды. На обоих берегах заводского бассейна Ижоры в два ряда встали здания мастерских. На правом, более высоком берегу реки: плющильная, резная для вытяжки железа, медная, красильная, цементная, машинная, литейная, столярная и модельная мастерские. На левом берегу — инструментальная, точильная, якорная, камбузная и сверлильная, слесарная и отделочная.
С пуском этих производств Ижорские заводы сделали гигантский шаг вперед от пилен XVIII века к многопрофильному предприятию. Морской министр П. В. Чичагов писал в 1804 году послу России в Великобритании графу С. Р. Воронцову: «Этот человек в течение шести месяцев произвел столь поразительные изменения в этой фабрике или, лучше сказать, остатках и развалинах этой фабрики, что она может поставлять адмиралтейству все объекты первой необходимости и в таком совершенстве, которого никогда не встречалось раньше. Я должен еще сказать относительно Гаскойна, что это единственный человек на свете, который мог произвести это громадное изменение; недостаточно быть ученым и механиком, надо было уметь применить гениальные способности к местным условиям, и это то, чем он обладает глубоко и до конца…»
К работам на Ижоре Гаскойн привлек архитектора Вильяма (Василия Ивановича) Гесте (1763—1832), также шотландца по происхождению. В 1803–1805 годах по его проектам в Колпине были построены здания заводской конторы и мастерских.
В фондах ЦГИА СПб хранится многостраничная записка Ч. Гаскойна об устройстве Колпинских заводов, демонстрирующая уровень организации предприятия, которое он принял к управлению. Отсутствовала бухгалтерия, неизвестна была стоимость выпускаемых изделий, так как никто не знал, сколько стоят отпускаемые адмиралтейством материалы. Первой и главнейшей задачей Гаскойн считал назначение бухгалтера; предлагал наладить строгий учет поступающих и расходуемых материалов.
Рабочий персонал разделили на классы: мастер, подмастерье, мастеровые 1 и 2-го классов, ученики, сторожа. Мастеровой должен был иметь двух подмастерьев, одного ученика. Мастеру разрешалось иметь не более трех учеников. Гаскойн предлагал выдавать вознаграждение тем мастеровым, ученики которых отличались выучкой. Устанавливалась сдельная поштучная плата на все заводские работы. Сохранился собственноручно написанный Гаскойном по-английски черновик списка утвержденных праздничных дней. Они также были сокращены до 18 праздников в год. Допускалась работа в праздничные и воскресные дни в случае выполнения срочных заказов. Кроме оплаты, мастеровые ежемесячно получали провиант. Подумал директор и о будущих заводских мастерах: «Дети мастеровых должны воспитываться при отцах, без разрешения министра их нельзя отпускать с завода и определять в другие места».
Однако увидеть воплощение этого своего последнего замысла — реконструированные Ижорские заводы — Чарльзу Гаскойну было не суждено. Он умер 20 июля 1806 года в Колпине и, согласно завещанию, был похоронен в Петрозаводске. Могила не сохранилась.
В 1804–1807 годах А. А. Юнг работал на посту директора Адмиралтейских Ширшемских заводов, лесопильного предприятия близ Архангельска. Но в 1807 году Россия прервала все отношения с Англией. Кризис был обусловлен заключением Тильзитского мира с Францией и перемирия с Турцией, бывшими врагами России и Англии. В результате Англия переходила из союзников России в ее враги. А в Российской империи работали сотни англичан. В государственные учреждения был сделан запрос: собираются ли дальше служить выходцы из далекого Туманного Альбиона? Юнг, отвечая на вопрос, высказался в том духе, что, «так как он природный англичанин», то не может больше продолжать службу в России. Заявлению был дан ход. И Юнга уволили, да так, что до 1810 года не вручали абшид — отставку, а без этого документа он не мог устроиться на работу. Средств на отъезд в Англию со всем семейством у Юнга не оказалось. В конце концов его судьбу решил министр иностранных дел. Бывшему адмиралтейскому механику разрешили жить в Москве.
Менее Чарльза Гаскойна известен его наследник на посту руководителя Ижорских заводов — инженер-генерал Александр Яковлевич Вильсон (1776–1866). Он был русским подданным, хотя родился в Эдинбурге в семье кузнеца и в восьмилетнем возрасте вместе с отцом приехал в Россию. Джеймс Вильсон (в России его стали звать Яков Александрович) был приглашен архитектором Чарльзом Камероном для строительства дворцов в Царском Селе.
Известно, что Дж. Вильсон работал в Царском Селе с 1 мая 1784 до 1 мая 1790 года, выполняя кузнечные работы в Екатерининском дворце и Камероновой галерее. Очевидно, он рано стал привлекать к своему ремеслу старшего сына Александра. Решетка Камероновой галереи исполнена, судя по документам, уже отцом и сыном.
Александр Вильсон, как сказано в его послужном списке, «не обучался в казенном заведении, но знает науки, принадлежавшие его званию; также языки — русский, английский, французский и частично немецкий». Осенью 1790 года Александр переведен на Сестрорецкий оружейный завод, через десять лет он начинает служить у Гаскойна. Их судьбы с этого времени тесно связаны. Сначала Александр Вильсон чертит планы и исполняет различные поручения, а в 1801 году в качестве письмоводителя уезжает с Гаскойном на Луганский завод. С 1803 года служит на Ижорских заводах. Вместе с А. Я. Вильсоном в Колпине, с 1 октября 1803 года до своей смерти в 1821 году, работает его отец, сначала в должности смотрителя заводов, а затем — помощника директора.
Получив в управление Адмиралтейские Ижорские заводы (АИЗ), Гаскойн, руководивший одновременно еще четырьмя предприятиями, расположенными в разных частях России, назначает Александра Вильсона своим заместителем по производству. После смерти учителя Вильсон заменил его на посту управляющего Императорской Александровской мануфактурой; на АИЗ ему сначала была поручена исполнительная часть, то есть производство. В полное управление заводами он вступил 1 марта 1807 года; с 18 июня 1808 года назначен директором. Ему было тогда 32 года.
План реконструкции АИЗ Ч. Гаскойна был выполнен летом 1808 года. По разрешению адмиралтейского департамента Вильсон вносил в него коррективы, потому что директора обязывали заниматься выпус ком изделий, не предусмотренных первоначальной специализацией заводов. Так, в 1806 году началась отливка медных орудий, с 1810-х годов — чеканка мелкой медной монеты, штамповка пуговиц, с 1818 года — изготовление навигационных приборов, в 1833 году — производство медных пороховых ящиков. В первой половине XIX века АИЗ строили пароходы, паровые машины и механизмы, выпускали пушки, навигационные приборы и инструменты, якоря и якорные цепи, мундирные пуговицы, чеканили мелкую медную монету и многое другое.
Вильсон пытался внедрить на заводах все новое и передовое, что появлялось на заграничных производствах. Например, в 1830 году, находясь в Англии, он пригласил специалистов по выделке якорных цепей. В 1831–1836 годах цепной мастерской в Колпине руководил Гизе, в 1839–1845 годах — Томас Бейнон, с 1846 по 1850 год — Джон Макартней. Производство гвоздей возглавляли английские мастера: Вильям Эдмундс — с 1835 по 1839 год и Георг Ятес — в 1839–1850 годах.
Первый пассажирский пароход в Петербурге построил в 1815 году шотландец Чарльз Берд. Через год на АИЗ был построен первый русский военный колесный пароход «Скорый». В последующие годы — «Проворный», «Ижора», «Богатырь», «Геркулес», строительством которых руководили приглашенные А. Я. Вильсоном английские механики Иван Ишервуд и Буртон.
Вместо планировавшихся Гаскойном 19 производств к середине XIX века Ижорские заводы освоили 28. Производительность АИЗ выросла с 3,5 тысячи пудов в 1803 году до 370,4 тысячи в 1856 году. Число мастеровых в этот же период увеличилось с 500 человек до 1700. При Вильсоне начали складываться династии ижорских мастеров, из поколения в поколение передававших секреты рабочих профессий.
При Вильсоне завод начал принимать участие в российских и международных выставках. Высоких наград и отзывов удостаивались прежде всего изделия мастерской навигационных инструментов, изготовившей и починившей за 40 лет существования на АИЗ более 62 тысяч точных математических инструментов, морских навигационных приборов. Первым руководителем этой мастерской был английский механик Джозеф (Иосиф) Эдвардс, в 1815–1818 годах служивший в Паноптическом заведении на Охте, переведенном затем в Колпино и преобразованном в мастерскую.
В условиях закрытого населенного пункта, каким было Колпино до 1878 года, начальник заводов (так стала называться должность Вильсона с 1826 года) был практически хозяином в селе. Что можно сказать о проводимой им социальной политике? Вот несколько фактов. Кроме заработной платы мастеровые (объединенные с 1827 года в 6-й морской рабочий экипаж) получали провиант на себя и детей. Семейным рабочим строился за счет завода дом, холостые размещались в казармах. В 1809-м на заводах открылась первая столовая, и к концу года ею пользовались уже все холостые рабочие заводов. С 1808 года для мастеровых и служителей заводов стали шить одежду — мундиры темно-синего цвета.
В селе Колпине был построен госпиталь, работала школа для сыновей рабочих, а в 1836 году Вильсон в директорском доме открыл школу для девочек. Дети — предмет постоянной заботы начальника. Журнал исходящих документов сохранил распоряжения о порядке выполнения прививок от оспы, о лечении школьников, а также неоднократные ходатайства в Адмиралтейство о присылке в Колпино «ученой» повивальной бабки.
Колоссальная ответственность за выполнение важных государственных заказов, лежавшая на плечах Вильсона, требовала недюжинного характера. За строками архивных документов ощущается воля, настойчивость, порой даже жесткость. А вот мнение современника: «Исполнительный сам и строгий к самому себе, он и от подчиненных требовал беспрекословного исполнения возложенных на них обязанностей. Умея наказывать, он за добросовестную работу умел и поощрять денежными наградами, производством мастеровых в унтер-офицеры, а затем в офицеры. Многие труженики Адмиралтейских Ижорских заводов всем своим дальнейшим общественным положением обязаны были строгому, но справедливому начальнику генералу А. Я. Вильсону».
О частной жизни Вильсона мы знаем очень мало. Известно, что с 1808 по 1865 год он состоял членом Английского клуба. Можно предположить, что именно там состоялось его знакомство с Александром Сергеевичем Пушкиным. Великий поэт работал тогда над «Историей Пугачева», повсюду разыскивал редкие книги XVIII века. Вильсон посылает поэту книги из своей библиотеки: «Вместе с тем получить извольте записки капитана Брюса, в которых найдете много любопытства новой стороны показывает нам директора достойного… Записки доктора Куна при сем же получить извольте». Оказывается, он был обладателем обширной (18 тысяч томов) библиотеки и редких книг, был хорошо знаком с историческими документами Адмиралтейского архива.
Руководя одновременно двумя предприятиями, Вильсон бывал в Колпине несколько дней в неделю, постоянно проживая в селе Александрове при мануфактуре (сейчас — участок проспекта Обуховской Обороны). Александровской мануфактурой он руководил до ее закрытия в 1863 году. Здесь ткали салфетки, полотна, выпускали игральные карты. Здание льнопрядильни Александровской мануфактуры, построенное в 1810-х годах по проекту А. Я. Вильсона, вошло в учебники по архитектуре как первое в Петербурге производственное сооружение с внутренним металлическим каркасом. В 1833 году А. Я. Вильсон вошел в состав пайщиков Невской бумагопрядильной мануфактуры (ОАО «Прядильно-ниточный комбинат им. С. М. Кирова»), в 1835 году стал основным пайщиком общества «Российская бумагопрядильная мануфактура» (ОАО «Фабрика «Веретено»).
Инженер-генерал А. Я. Вильсон умер 13 февраля 1866 года, трех дней не дожив до своего девяностолетия. Его похоронили на Колпинском кладбище.
Многие годы вместе с Вильсоном на АИЗ служил другой ученик Ч. Гаскойна — Данила Макли (1774 г. р.). Он происходил из шотландских дворян, имел герб, данный ему «тамошней герольдией». В Россию был вызван Гаскойном и по прибытии в мае 1794 года определен на Александровский пушечный завод в Петрозаводске. По формулярным спискам Макли и Вильсона можно судить о карьере Гаскойна в России, так как эти сотрудники работали там, где служил их учитель. Макли после Петрозаводска работал на установке «машин для битья монеты» на Банковом монетном дворе, руководил модельной и столярной мастерскими в Луганске, а 1 декабря 1804 года был переведен на АИЗ для устройства машин. 1 февраля 1805 года, после увольнения с Ижорских заводов архитектора Вильяма Гесте, Макли была поручена строительная часть заводов. С 10 мая 1821 года он назначен помощником начальника АИЗ «с оставлением при прежней должности смотрителя при строениях». Макли был награжден орденами Святого Владимира 4-й степени, Святой Анны 2-й степени.
Полный список британских специалистов, служивших на колпинских заводах в XVIII веке и первой половине XIX, пока не составлен. Но имеющиеся данные позволяют сделать вывод о том, что вклад инженеров и техников из Туманного Альбиона в развитие отечественной промышленности трудно переоценить. Поменяв навсегда родину или проработав в России по контракту несколько лет, они отдавали нашей стране свой труд, мастерство, свои знания и опыт.
Лариса Бурим,
директор Музея заводов Ижоры
Другие материалы
Мужчина получил тяжелые травмы
СК считает, что эти люди погибли во время Великой Отечественной войны