Александр Олешко: «Есть опасность заблудиться в масках»

Он один из немногих представителей особого вида актеров — «человек-оркестр».  Импровизатор и пародист в телепрограммах «Слава богу, ты пришел» и «Большая разница», ведущий шоу «Минута славы» и передачи «Домашние сказки», театральный актер, играющий в столичных «Современнике» и Театре им. Е.Б. Вахтангова.
 
Он может спеть так, что даст фору профессиональным певцам, может сыграть драматическую роль в кино так, что залюбуешься. Он не боится быть смешным и трогательным, серьезным  и вдумчивым, но ко всему, что происходит в его жизни, относится с неизменной иронией, доказывающей недюжинный ум.

— Саша, представляли ли вы, когда еще просто хотели стать артистом, что жизнь медийного лица такая «морочная»? Ходят тут всякие, вопросы задают…

— Не сказал бы, что она такая уж морочная. Для меня это единственный путь, по которому я должен в этой жизни пройти. Я это не столько «понял головой», а просто почувствовал душой и сердцем. И пусть эти слова покажутся кому-то пафосными, но это, действительно, так. Я мечтал не спать ночами, я мечтал спать в поезде, в самолете, в троллейбусе-автобусе (улыбается), в машине… Я мечтал в детстве о гастролях, и, между прочим, первые мои гастроли в апреле 91-го года состоялись в Ленинграде. Вдобавок ко всему я был еще и влюблен тогда… Незабываемые ощущения! Этот город для меня навсегда будет ассоциироваться с первым серьезным творческим опытом, что называется «на выезде». Помню, как сидел тогда справа в кулисах, смотрел на софиты и задавал сам себе вопрос: «Что, я буду заниматься этим всю жизнь?» И вот каждый вечер, выходя на сцену, я продолжаю задавать себе этот вопрос и отвечаю на него положительно: «Да, я этим буду заниматься всю жизнь».

— В какой момент вы почувствовали, что популярны?

—  Боюсь, что разочарую вас, сказав, что я не популярный. Просто мне кажется, что популярный – это не тот человек, который может пройти спокойно по улице…

— Неужели к вам на улице не пристают поклонники?

—  Пристают, конечно, но мне кажется, что я просто узнаваемый, желанный некими тонкими, особенными людьми, их семьями актер. И когда меня спрашивают, не расстраивает ли меня, что моего имени нет в первых строчках рейтингов модных журналов, я отвечаю, что эти рейтинги меня никак не интересуют. Вот если бы на свете был рейтинг хороших людей или хороших артистов, то в этом рейтинге я бы хотел занимать какое-нибудь место.
 
— По вашим же словам «Большая разница» стала «моментом идентификации Саши Олешко»… Вы умеете копировать «от природы» или это взято тяжким трудом?

— Я опять вас расстрою, покажусь каким-то странным человеком: я терпеть не могу пародий… Если человек занимается только пародией, для меня в этом видится клиника и какой-то диагноз. Гораздо интереснее, говоря современным языком, гораздо круче, со своим собственным именем и фамилией собрать зал и три часа этому залу быть интересным. А если ты еще (вдобавок ко всем своим способностям – природным и развитым)  способен кого-то пародировать, то это – замечательная краска в твоей актерской палитре.

— То есть это просто один из навыков, которым вы просто обязаны владеть?

— Думаю, что да. Очень благодарен этому проекту за то, что во мне открылось еще и эта ипостась. На моем участии в «Большой разнице» настояли Саша Цекало и его партнер Руслан Сорокин, которым я тоже благодарен за то, что они просто «навалились» на меня. Если бы не было телевидения, ничего бы не было. Но все время заниматься этим? Нет, я бы не смог. Тут есть опасность заблудиться в масках, которые тебе не принадлежат.

— Чтобы потом не забыть, кто ты есть на самом деле?

— Как-то так.

— В ходе концерта в Петербурге вы озвучили желание сыграть Фигаро в пьесе Бомарше.

— У меня есть маленький, но неплохой набор, список того, что я еще должен сделать. Мне кажется, что я обязан сыграть Хлестакова, Труффальдино, Фигаро…

— Напоминает перечень горинского барона Мюнгхаузена – «в восемь утра подвиг»…

— Практически, да. И еще, пожалуй, хочу сыграть булгаковского Лариосика.

— А мечты, не касающиеся творчества, простые человеческие мечты у вас есть?

— Конечно. Хочу и человеческого и материального. Хочу иметь собственный дом на природе. Трехэтажный, чтобы было много разных комнат, чтобы я там мог отдыхать, принимать друзей. Хотел бы иметь квартиру побольше, чтобы поместились в ней все мои костюмы концертные. Хотел бы иметь возможность нового творческого телевизионного прорыва в неожиданном для меня жанре… Ой, это я опять на творчество перескочил… Я, безусловно, ожидаю и чувствую приближение какой-то большой взаимной любви. Без этого трудно: понимание меня должно возникнуть, не потому, что я такой особенный, а просто жизнь у артиста немного другая. Нельзя артиста рассматривать только с бытовой точки зрения – тогда совместной жизни не выдержать… Я хотел бы иметь детей. Когда смотрю на своих коллег, у которых по два, по три ребенка, пытаюсь понять, что это такое — иметь детей. Недавно снимался в кино, держал в руках куклу в пеленках, смотрел на нее и думал: «Какое, наверное, потрясающее, уникальное это ощущении, неведомое пока мне, когда на руках держишь живое существо и понимаешь, что оно – твое продолжение, твой ребенок». Мне кажется, что это невероятный переворот сознания, и мне этого бы тоже хотелось.

— Вы по натуре спринтер или стайер?

— Я – бегун на длинные дистанции, однозначно. Многие мои сверстники артисты одногодки прожили очень яркую, но очень короткую жизнь, особенно последние лет пять – шесть бывали как вспышки, жизнь «от пятницы до пятницы». Знаете, что это такое?

— Нет.

— В пятницу начинается сумасшедшая клубная жизнь: алкоголь, наркотики, секс и все остальное. А потом человек понимает, что нет энергии, нет сил. Нет никаких закладок на будущее, нет никаких ориентиров, векторов, и просто или Бог забирает жизнь или человек сам с собой что-то делает, потому что так жить он больше не может. И когда меня спрашивают: «Ну че? Где ты в двадцать лет тусил?», я говорю: «Что-то не помню. Я учился, работал официантом». «А в двадцать два? В двадцать три?». «В двадцать два я уже себе первую квартиру в Москве покупал». «Да ладна! А кто тебе ее покупал?». «Никто. Я сам. Заработал». Конечно, в глазах современной молодежи я невероятно скучный, древний, неинтересный, неприкольный, как они говорят, чел. «А че ты в телевизоре такой прикольный, а в жизни совсем такой неприкольный?» Да я прикольней, чем вы все вместе взятые! Просто у меня другая жизнь, и я знаю, что в ней будет дальше. У меня распланировано все на десять лет вперед, куча планов, проектов, фантазий — только успевай все это осуществлять. Я всем всегда даю совет: гораздо круче быть бегуном на длинные дистанции, чем бегуном на короткие. Надо правильно распределиться и жить долго и счастливо, по полной программе вкусить радость каждого дня.

— Саша, родители вами гордятся?

— Да, но мама чувствует постоянную необходимость соответствовать. Например, недавно сказала, что ей придется идти на выборы, чтобы никто не сказал, что она, мама Александра Олешко, политически неактивна. Она, кстати, у нас главный архивариус, так что вы, пожалуйста, оставьте два экземпляра газеты для нее…

Беседовала Екатерина Омецинская