Джеки Чан: «Я счастлив кому-то помочь»

19 августа в российский прокат выходит фильм «Каратэ-пацан», ставший в Америке хитом сезона. Сюжет незамысловат: американского мальчика Дрея (в исполнении на редкость пластичного Джейдена Смита, сына Уилла Смита) судьба закидывает в Китай, где ему приходится противостоять боевым одноклассникам. На помощь ему приходит одинокий школьный уборщик, который становится сэнсэем мальчика. И хотя кино называется «Каратэ-пацан», все дело в кунг-фу. В роли наставника — главный кунфуист Голливуда Джеки ЧАН.

– Мистер Чан, известно, что вы всегда строго оцениваете себя и свою работу. Довольны ли вы фильмом «Каратэ-пацан»?
– Да, очень. Обычно всякий раз, когда я снимаюсь в США, я просто доверяюсь режиссерам и сценаристам. Но меня отнюдь не радует, что некоторые мои комедии не имеют смысла, хотя американская публика любит эти фильмы, вроде «Запретного царства» и «Часа пик». Мне все-таки хочется сниматься в фильмах, содержащих мораль и послание человечеству. А вот как раз в фильме «Каратэ-пацан» есть много смыслов.

– Какие именно?
– Что люди должны уважать друг друга, что они должны учиться преодолевать препятствия, которые окажутся на их жизненном пути. Несмотря на травмирующий опыт в жизни человека, он должен идти вперед и вперед. Кунг-фу, которому учит мой герой мальчика, — это большой путь, на котором люди учатся уважению, дисциплине. Я говорю Дрею, герою Джейдена Смита: «Кунг-фу — это не искусство нанесения и парирования ударов. Это мастерство уверенности и спокойствия». Дрей — обычный парень, который готов ударить в ответ из чувства мести. Но принципы кунг-фу не подразумевают, что ты бьешь других. Скорее, ты должен помогать другим. Меня этому, кстати, учил отец. Он говорил: «Я учу тебя драться для того, чтобы тебе вообще никогда не приходилось драться». Так что мне все это близко.

– Вы однажды пошутили, что могли бы стать знаменитым врачом, а в результате стали знаменитым пациентом. На съемках, надеюсь, обошлось без особых повреждений?
– Так, ерунда — получил лишь несколько ударов и ушибов. Другое дело, что иногда во время борьбы дают о себе знать старые травмы. К сожалению, с этим я уже ничего поделать не могу, слишком много сломал костей и потянул мускулов, чтобы не чувствовать боли (у Д. Ч. был вывихнут таз, сломаны пальцы на руках и ногах, нос, обе скулы, оба бедра, грудная кость, шея, лодыжка и почти все ребра, а главное — проломлен череп. — Прим. авт.).

– Сейчас в кинематографе — сплошь компьютерные спецэффекты. А вы, насколько я знаю, предпочитаете «натуральное» кино, где все трюки исполняются по-настоящему.
– Конечно. И так слишком много подделок вокруг. Поддельные сумочки Gucci, поддельные Картье, поддельная одежда. Но, в конце концов, это не так страшно. Другое дело, когда речь идет о поддельных шинах, поддельных тормозах, фальшивых аэродвигателях или фальшивых лекарствах. Вот это настоящее зло. И невозможно простить тех, кто наполняет мир этими фальшивками. Мне хочется быть от этого подальше.

– Вы являетесь для многих подростков «ролевой моделью». А у вас самого есть образец для подражания?
– Есть — Сильвестр Сталлоне. Он давно уже мой герой — пишет сценарии, режиссирует, сам снимается. Я всегда восхищался по-настоящему талантливыми людьми, которые могут сделать что-то большее, чем просто хорошо выглядеть.

– То же самое можно сказать и про вас. Вам доводится встречаться с детьми и что-то им советовать?
– Да. Когда я путешествую по миру, всегда разговариваю с маленькими детьми. Мне хочется объяснить им, что сегодня слишком много соблазнов, в мою молодость их было гораздо меньше, и понимаю, что хочется иметь новую модель телефона или новые компьютерные игры, но не это главное. Я часто слышу рассказы, что ребята, не получая всех этих навороченных штучек, даже могут покончить жизнь самоубийством. Это ужасно! Ведь гораздо важнее сохранить самих себя. И для того чтобы стать богатым и знаменитым, надо здорово трудиться. И никогда не сдаваться. Во всяком случае, таков мой лозунг.

– Мистер Чан, вы очень известны своей благотворительной деятельностью.
– Да, когда я был молодым, я был очень беден и сам нуждался в помощи. Теперь у меня есть деньги, и я могу помочь другим. Все, что я зарабатываю, — я отдаю. И надеюсь, в тот день, когда я умру, мой счет в банке будет пуст — я не хотел бы, чтобы из-за наследства в семье начались какие-то распри: сын мой вчинил бы иск моей жене, жена судилась бы, с моим сыном… Нет, лучше я все отдам тем, кто в этом реально нуждается.

– Чем именно ваш благотворительный фонд занимается?
– Двадцать лет назад, когда у меня было еще не так много денег, я помогал всего нескольким людям в родном Гонконге. Но потом, имея уже гораздо больший капитал, расширил свою помощь. Прежде всего я помогаю Китаю. Я решил: правительство делает большие вещи, а я буду делать маленькие. Я помогаю пожилым людям и инвалидам, помогаю строить школы.
Вообще все, что касается детей — для меня болезненная тема. Когда видишь голодных или больных детей, сердце просто разрывается от боли. Ничего хуже не было в моей жизни. Меня делает счастливым то, что я могу хоть немного кому-то помочь.
И мне кажется, мы все должны иметь хоть какую-то ответственность друг перед другом. Не надо пережевывать газетные сплетни — разводится Сталлоне, женится Сталлоне. Это никому не поможет. Каждый из нас должен защищать весь мир. Оглянитесь вокруг — в мире столько проблем: стихийные бедствия, загрязнение атмосферы, рек, сокращение лесов, вооруженные конфликты. А газеты пишут про Сталлоне!

– Вы в каком-то смысле — глобалист?
– Я понимаю, что сегодня огромное влияние на мир оказывает американская культура. Даже в Азии больше смотрят американские фильмы, молодые люди слушают американские песни. По одежде теперь невозможно отличить немца от француза, корейца от китайца. И ладно, пусть так. Но все же не надо забывать и о собственной культуре. Каждый должен любить свою страну, свой дом, своих родителей, свою культуру. Я, живя в Америке, «рекламирую» свою страну — на мне, например, джинсы из Китая. И, кстати, «Каратэ-пацан» в этом смысле для меня очень важен. Поскольку съемки проходили в чрезвычайно красивых местах Китая — в Запрещенном городе, у храма Золотого Будды, на Великой Китайской стене, на горе Удан, где зародился даосизм, — я надеюсь, фильм наш станет, опять же, рекламой этих мест.

И все же, мне кажется, мир должен быть открыт для всех, ведь он принадлежит нам всем. Бангкок не принадлежит только жителям Бангкока, он принадлежит и другим. Представьте себе, что вы отправились на Луну, и оглянитесь назад, на Землю. Мы все пребываем на этом маленьком шаре. В мире не должно быть границ. Я очень надеюсь, что наступит тот день, когда не понадобятся визы, загранпаспорта. А мы сможем просто сесть в самолет и улететь туда, куда хотим.

Елена БОБРОВА

Благодарим за помощь при подготовке материала кинокомпанию WDSSPR