Госслужащие могут говорить. Но только по делу

Конституционный суд признал право для госслужащих на публичные высказывания и оценки по вопросам , представляющим общественный интерес. Кроме того, им дозволено рассказывать о правонарушениях в госоргане или со стороны должностного лица, например, о разгуле коррупции. В остальных случаях специфика гражданской государственной службы предписывает им вести себя сдержанно и лояльно.

КС рассматривал дело о конституционности положений законов «О государственной гражданской службе», а также «О милиции» (теперь «О полиции»), позволяющих увольнять госслужащих за высказывания и оценочные суждения.
Напомним, что поводом для рассмотрения стала жалоба главного налогового инспектора МИФНС России по ЦФО Любови Кондратьевой, которая усомнилась в правильности начисления командировочных, рассказала об этом в телепрограмме и была уволена. 

Суды подтвердили правомерность ее увольнения за публичные высказывания.
Еще один заявитель, старший участковый уполномоченный Автозаводского РУВД из  Тольятти Алексей  Мумолин  критиковал свое управление, сначала через интернет, где сообщил о недостатках,  а потом с помощью СМИ.  Он дал интервью  газете и  провел одиночный пикет, после чего был уволен из органов за нарушение положения закона «О милиции», по которому на сотрудников органов распространяются такие же запреты,  как и на госслужащих.

Заявители сочли, что оспоренные нормы противоречат Конституции РФ, гарантирующей свободу слова, право на распространение информации и равенство граждан РФ.

Признав нормы соответствующими Конституции, суд указал, в какой мере чиновники могут высказывать свою гражданскую или политическую позицию. Согласно вердикту суда, дела заявителей подлежат пересмотру. Как пояснил судья-докладчик по процессу Юрий Рудкин, по конституционно-правовому смыслу нормы законов не противоречат Конституции, поскольку не устанавливают абсолютного запрета на суждения и высказывания для госслужащих. По его словам, при оценке этих суждений надо учитывать мотивы, побудившие госслужащего на публичное высказывание и его общественную значимость, а также иные факторы, например, тот вред, который он предотвратил в результате высказывания. Иногда, указал он, общественный интерес в получении конкретной информации может превалировать над обязанностью чиновников соблюдать конфиденциальность.

Рудкин также подчеркнул, что оценивать суждения должен орган по рассмотрению служебных споров, куда может обратиться чиновник или полицейский за защитой своих прав, а не начальник или госорган, которые подверглись критике. Также существует возможность непосредственного обращения в суд.  Публичное высказывание, говорит Рудкин, не влечет автоматического прекращения служебного контракта. Надо разбираться в каждом конкретном случае.

Анна Иванова
 

Фото: РИА Новости