Иван Охлобыстин: как возлюбить ближнего своего

Нынешняя весна порадовала новым тнт-шным комедийным сериалом «Интерны», в котором четырех оболтусов — будущих медиков строит злобный доктор Быков, очень выразительный в исполнении православного священника, сценариста и актера Ивана Охлобыстина.

Хотел быть волшебником
– Иван, ваш отец был военным хирургом. Не хотелось пойти по его стопам?
– Папа, кстати, говорил мне, что я буду хорошим медиком. А папа никогда не ошибался. И у меня не только папа был врачом, но и бабушка имела отношение к медицине — медсестрой была во время войны. И мало того что она спасла некоторое количество наших, у нее еще 7 или 8 «языков» было. Как это получилось: стреляют, взрывают, молодая красивая девушка по кличке Маша-солдат бежит через поле, хватает окровавленного хрипящего солдатика, тащит назад… а потом оказывается, что некоторые из этих солдатиков — немцы. Кстати, долгое время к нам домой на бабушкины дни рождения приезжали спасенные ею солдаты. И был среди них один немец. Мне мама рассказывала: когда он в первый раз появился, то вызвал панику у остальных ветеранов — мол, чего тут фашист-то делает?

Так если папа видел в вас врача, чего не подались в медицину? Тяги не было?
– Поздно предложил мне. А насчет тяги сейчас, с позиции времени, понимаю, что да, была. Но я уже к восьмому классу сложил план своей жизни на ближайшие сто лет и с тех пор неукоснительно ему следую. Я хотел быть волшебником, а по моему тогдашнему юношескому пониманию ближе всего к этому — профессия режиссер.

– Откуда деревенский мальчик из Поленово знал о режиссуре?
– Так я ж интеллигентным был мальчиком. Барчуком. Моего папу любили в деревне все, эта любовь и на меня распространилась… И когда я туда уже взрослым человеком приезжал, крестьяне ломали шапку передо мной: «Иван Иваныч, как чувствует себя ваш батенька?» — «Да умер папа уже лет десять как». «Царство небесное» — говорили они мне.

«Уровень равнодушия нужно вымерять»
– Какая милая чеховская история…
– Так что хоть врачом я и не стал, но рад, что к этой теме судьба все же привела. И сейчас, когда я произношу термины и назначаю анализы, у меня ностальгически вздрагивает сердце. Если бы человек жил триста лет, я бы освоил две профессии — медика и физика.
И я рад, что мы сделали проект о врачах — не скабрезный, с добрым юмором. Они заслуживают этого, при тех унизительных зарплатах, которые они получают. При той ответственности, под прессом которой постоянно находятся. Быть в России врачом — это из серии «За державу обидно!».

– Но сколько они, к сожалению, совершают ошибок!
– Как и все. У меня, правда, однажды врачи чуть дочку не загубили, но зато другие врачи ее спасли. Которые не были равнодушны. Уровень равнодушия нужно вымерять.

– Насчет физиков: почему многие из них верят в Бога?
– Потому что они реалисты. И своим умом доходят до того, до чего не могут дойти простые люди. А главное, их, этих простых людей, не могут пока еще довести. Мало у нас катехизаторов (тех, кто объясняет катехизис. — прим. авт.). На самом деле только один догмат не поддается расшифровке — догмат о троице. Если его принимаешь априорно, все остальное можно расшифровать. Весь мир построен по законам физики, химии, биологии. И нам, существам, способным к творчеству, дано право в образе науки постигать законы мироздания. И безгранично наше развитие. Поэтому люди, пытающиеся ограничить постулатами веры развитие науки — это враги. И кстати, у православия никогда не было конфликтов с наукой. Нашим попам все равно — квадратная земля, треугольная, это же никак не влияет на отношение человека к ближнему. В православии человек обращает взор внутрь себя. Мы интроверты.

Духовный наставник
– А вы представляете себе, каким будет наше будущее?
– Как в «Пятом элементе». Как показывает история, фантастика имеет тенденцию воплощаться в реалии. Я верю в прогресс и эволюцию, верю, что когда-нибудь мы рванем к звездам, я верю, что там найдется место и духовенству.

– Что, без духовенства совсем никак?
– Нет. Я почему призываю богатых людей делать вложения в церковь? Потому что церковь способна взять на себя заботу по моральному и духовному благоустройству общества. Ну а кто еще будет объяснять основной завет христианина «возлюби ближнего как самого себя»? Со стороны это звучит как рекламный лозунг «Съешь и зарядись». Нет, это объяснять надо — как возлюбить. Что надо принимать человека таким, какой он есть, а не таким, каким он предстает в нашем воображении. Мы же ленивые, нам проще мыслить стереотипами, все на себя прикладывать. У нас масса надуманных параметров, которые надо опустить, чтобы принять человека. Вначале для этого нужны усилия, но затем вырабатывается рефлекторная реакция, и в конце концов человек приходит к ощущению всеобщей родственности.

– А вы, пожалуй, могли бы быть духовным наставником.
– Однажды ко мне подошли двое юных отроков, лет по десять: «Будьте, отец Иоанн, нашим духовником». Я им: «Вы в своем уме, дети? На меня посмотрите, я татуирован с ног до головы. Нет такого диковинного греха, о котором я не был бы в курсе, во всяком случае. Я вас ничему хорошему научить не смогу. И потом, духовник подразумевает, что вы мне сможете в пять утра позвонить и пожаловаться на скуку». В общем, я их выгнал. Но они, хитрецы, пошли к моему начальнику и таки своего добились. Но, к счастью, оказались адекватными и выросли порядочными людьми. Я на них смотрю и горжусь.

– А как насчет введения основ православия в школе?
– Я против. Такие вещи не делаются штурмовым методом. Обычный преподаватель доводит до сведения, хороший — объясняет, гениальный — вдохновляет. Нужно вырастить целую плеяду людей, которые могут объяснить ортодоксию. И только тогда можно надеяться, что для детей эти уроки не будут лишним поводом получить двойку, а дадут живое знание, которое им поможет в жизни…

Волшебное слово «неформат»
– Почему вы до сих пор не сняли свое кино на православную тему?
– Я хотел сделать «Жития святых». Мне кажется, не зная истории святых, нельзя понять историю России. И когда задумал это в 2001 году, продал машину, чтобы снять первую серию…

– А сколько задумано было?
– 365 серий — на каждый день. Чтобы, к примеру, после «Спокойной ночи, малыши!» людям рассказывали, почему завтра чествуют Александра, кто такой святой Александр, что их было несколько и самый почитаемый — Невский.
Но когда я положил перед телевизионным руководством заявку, оно на нее посмотрело как на бадью с нечистотами. Для них это был ужас, чушь какая-то. Вообще на центральных телеканалах есть проблема — они все время используют волшебное слово «неформат». Так вот «Интерны» — это тот самый «неформат». Нате, получите, центральные каналы, по самое не горюй. Потеряли рейтинги и еще потеряете, потому что о людях не думаете совсем.

Елена БОБРОВА