Как нас теперь называть?

Бывают в истории ситуации, когда вдруг встает вопрос: как называть свою страну? Как будут сами себя именовать ее обитатели?

Такие ситуации могут быть комичными. Вот на днях министр иностранных дел Грузии предложил переименовать Грузию в Джорджию. Дескать, страна находится под покровительством святого Георгия, а название «Грузия» пришло из языка одних «оккупантов» — персов и было узаконено другими «оккупантами» — русскими. Правда, в США есть уже штат Джорджия, но это не страшно. Будут на карте мира две Джорджии. И в одной будут жить американцы — это ясно. А в другой кто? Джорджийцы? Ну, если те, кто населяет Грузию, все как один захотят быть джорджийцами — пусть делают себя посмешищем в глазах всего мира. Никто мешать не будет.

В Европе, кстати говоря, сложилась устойчивая традиция — называть всех выходцев из той или иной страны по названию самой страны или титульной нации, населяющей ее. Забавный, хотя и трагический во многом эпизод произошел недавно в Бельгии. Все бельгийские газеты были переполнены сообщениями о том, что в Бельгии орудует «эстонская мафия». Действительно, в предместьях Брюсселя были ограблены несколько ювелирных магазинов, причем один из ювелиров был застрелен. Преступников вычислили — ими оказались двое молодых мужчин, приехавших в Бельгию из Эстонии. Пресса не называла их фамилий — только имена и инициалы (таковы бельгийские законы). Правда, их имена известны — Григорий и Николай. Мы-то понимаем, что к подлинным «горячим эстонским парням» эти грабители отношения не имеют. Но для бельгийцев они все равно эстонцы.

Ну а что же мы? Для европейцев, американцев, всех иных мы независимо от национальной принадлежности — русские. Да, мы обижаемся, когда европейская пресса пишет о «русской мафии». Но нам пора понять — это просто филологическая норма. Хуже другое — мы, граждане России, сами не договорились за последние двадцать лет, как нас теперь называть.
Первый российский президент Борис Ельцин ввел в оборот слово «россияне». В новом веке от этого термина тихо и незаметно отказались. и мало кто знает, что «россиян» изобрел ближайший сподвижник Петра Великого Феофан Прокопович. В государстве жили разные люди — и их надо был каким-то словом объединить. В войну 1812 года, когда русские полки, грузинские князья, башкирская конница сражались вместе, начала издаваться первая армейская газета — «Россиянин». Так что, может быть, Ельцин был не так уж неправ?
И пусть нас всех за границей называют русскими. Нам самим пора определиться, как себя называть. Давно пора об этом задуматься. Не только в День России.