Не надо фальши

В нашем городе годовщина начала блокады Ленинграда, день прорыва блокады и день ее полного снятия никогда не будут «очередной годовщиной». Тем более, когда живы еще те, кого называют «блокадниками». Тем более, пока в наших семьях будет жить память о предках, погибших, умерших в годы блокады. Никогда наши сограждане не станут воспринимать эти скорбные и величественные даты как дежурные, проводимые для галочки. В эти дни души петербуржцев соединяются в единое целое с душами лениградцев-блокадников. Тех, кого с нами нет, и тех, кто, по счастью, живет рядом с нами.

Тем более стоит задуматься над тем, когда трагедия и величие блокады используются политиками в своих личных целях. Государство Российское, наше общество перед ними в вечном долгу. Есть те, кто это понимает. Мне кажется, что высокий авторитет премьер-министра Владимира Путина в Петербурге во многом зиждится на его биографии — сына блокадников, человека, который , будучи на посту президента России, принял важнейшее решение о приравнивании блокадников к ветеранам Великой Отечественной войны. Это был достойнейший и ответственейший шаг.

Но вот скажите на милость: о чем думали ораторы на пресловутых «маршах несогласных», громогласно оравшие о том, что нынешняя городская власть разрушает город хуже фашистов в период блокады? Вместо серьезного отношения к реальным проблемам города мы наблюдали горлопанскую бездумную хамоватость. И нечего господам, именующим себя «либералами», сетовать на ничтожную поддержку их со стороны петербуржцев. Петербуржцы чувствуют фальш этих господ, их фактическое презрение к памяти погибших.

Я бы наложил мораторий, нравственный запрет на использование политиками памяти о блокаде в предвыборных целях. Ведь эта память — не узкополитическая, а общенациональная. Впрочем, возможно, что мы еще увидим и услышим отдающие некоторой искусственностью слова о заботе о блокадниках — ведь не за горами выборы, и «блокадная тема» будет использоваться самыми неумными и недальновидными кандидатами в попытках поднять свою популярность. Не советовал бы им переходить нравственную грань в этом вопросе.

Буду откровенен, есть среди нас и люди, ворчащие: мол, не слишком ли много благ дается этим «блокадникам»? Дескать, чего такого они сделали? Уверен, что с такими настроениями надо реально бороться. Но не обличениями, а делом. Надо поддерживать память, уважение к людям, пережившим реальные адовы муки в осажденном городе, но не сломившимся, не сдавшимся. Они, эти люди — истинный «золотой фонд» нашего города, всей нашей страны. Те, кто считает деньги, якобы «переплаченные блокадникам» — просто мелкие, завистливые жлобы. Я убежден в этом еще и потому, что в годы блокады умерли моя бабушка, мой старший брат . Я их никогда не видел живыми. Но если бы им чуть больше повезло, неужели бы я пожалел для них хоть что-нибудь? Никогда. И когда  я думаю о них, то понимаю — мы живем наши жизни и за них, ушедших. И жалеть что-то для выживших — пошло и нелепо. Будем помнить, будем передавать эту память нашим детям и внукам. Это достойное дело для всех нас.

Валерий Островский, политолог