Разница между двумя «Б»

Волейбольная сборная России под руководством итальянца Даниэле Баньоли опозорилась на чемпионате мира. И возродила к жизни споры о тренерах-иностранцах.

В начале осени традиционно «сошлись» баскетбольный и волейбольный чемпионаты мира у мужчин. Обеими сборными руководили иностранцы.

На баскетбольном чемпионате сборная России под руководством Дэвида Блатта, имея самый молодой средний возраст среди всех участников и лишившись трех игроков стартовой пятерки — Кириленко, Хряпы и Холдена, — дошла до четвертьфинала, где уступила будущим чемпионам мира американцам с разницей в 10 очков. (При этом два года назад Блатт привел Россию к победе в чемпионате Европы.)
На волейбольный чемпионат мира сборная России приехала с тренером Баньоли, имея один из самых сильных составов. Чтобы не попасть в полуфинале на другого фаворита, Бразилию, проиграла 2:3 Испании. А затем, уже неумышленно, проиграла 1:3 не самой грозной Сербии. И тоже выбыла из борьбы за медали. (При этом два года назад под руководством Баньоли Россия благополучно лишилась медалей чемпионата Европы — впервые в истории.)

И Блатт, и Баньоли — профессионалы до мозга костей. И Блатт, и Баньоли не первый год «замужем». Оба встали у руля наших сборных достаточно давно — больше двух лет назад. Хватит, чтобы вникнуть в ситуацию, перестроить все на свой манер и даже успеть исправить собственные ошибки. А также — перепробовать все изложенные в знаменитом стихотворении методы познания России. И убедиться, что «умом не понять», «аршином общим не измерить» и т. д.

Два тренера из-за границы. Два наиболее «умных» вида спорта, самых близких к шахматам. (Дискуссии о том, что «умнее», баскетбол или волейбол, по сей день продолжаются, но большинство специалистов все-таки склонны отдать пальму первенства баскетболу.) Два абсолютно независимых специалиста, свободных от вражды между нашими ведомствами, городами, клубами внутри одного города, имеющих карт-бланш на приглашение любых исполнителей, от 16-летних юнцов до 36-летних ветеранов. И хотя теоретически волейболисты могут занять на ЧМ 5-е место, более высокое, чем у баскетболистов, только слепой не заметит разницы.

Блатт покидает Россию с гордо поднятой головой. Баньоли наверняка подумывает, стоит ли ему из родной Италии лететь в Москву. Во-первых, могут элементарно побить. Во-вторых, все равно ведь скоро возвращаться обратно. Даже если бы у него не заканчивался контракт, после сербско-испанского позора Баньоли все равно пришлось бы отстранять от сборной. Выгнать вон. Снять с работы. Дать пинка. Для человека, который допускает, чтобы национальная команда России в открытую сдавалась, (точнее — сдавала), никакой синоним слова «отставка» не будет преувеличением. Не напрягайте свою память. Такого прежде у нас не было ни в футболе, ни в хоккее, ни в баскетболе, ни в волейболе.
Что тренер-иностранец — не панацея, все уже давно поняли на примере российских клубов. Но сравнение с клубами все-таки некорректно хотя бы потому, что клубные команды могут наполовину, или еще больше, состоять из иностранцев. Тогда как сборные заключают в себе отпечаток народной души, самобытности, национальных особенностей.

Работая с клубом, можно чему-то научить игрока. Помочь ему вырасти физически, технически, тактически и т. д. В сборной учить поздно и практически невозможно. Там тренерский арсенал по части воздействия на исполнителей сужается до двух позиций: правильный подбор места на поле (площадке) и правильно подобранные слова.

Клубный тренер может быть «универсалом». То есть применять всегда одни и те же принципы и руководствоваться исключительно профессионализмом. Чтобы тренировать сборную России, хоть в футболе, хоть в волейболе, одного профессионализма мало. Как мало и одного только патриотизма. Нужно еще что-то иметь в душе. Что-то такое, чтобы телевизионщики назвали тебя «Гус Иванович». Чтобы твоя команда в самолете вся, как один человек, встала и пошла уговаривать тебя остаться.

Это может быть великодушие (как умение прощать), прекраснодушие (как чистота помыслов и нестяжательство), неравнодушие (как умение отдавать себя делу без остатка) или любая другая черта, близкая и понятная русскому человеку. У нас ведь, как известно, даже поругаться, подраться, напиться или просто посидеть можно «душевно» или «не душевно». В общем, чтобы нормально работать с российской сборной, кандидат должен иметь некий «душевный минимум». А тому, кто подходит под лермонтовское определение «Смеясь, он дерзко презирал// Земли чужой язык и нравы// Не мог щадить он нашей славы», такому человеку не стоит рассчитывать не то что на успех — даже на хорошее отношение.

Что такое наша слава в баскетболе? Это прежде всего три секунды Мюнхенской Олимпиады, Владимир Петрович Кондрашин и Саша Белов. В этом смысле любопытно признание Блатта, сделанное уже после назначения на пост тренера сборной России: «Во время работы в Петербурге самые яркие впечатления у меня остались от встречи с Евгенией Кондрашиной и Александрой Овчинниковой. Я понял тогда, что Кондрашин и Белов — не просто тренер и спортсмен, чего-то добившиеся в своей карьере. Их имена не канули в историю, а до сих пор служат развитию российского баскетбола».

Что такое наша слава в волейболе? Это прежде всего Вячеслав Алексеевич Платонов и почти 10 лет побед сборной СССР на всех официальных турнирах. И главный тренер сборной России Даниэле Баньоли не находит ничего лучше, как заявить, что «в России не понимают сути волейбола», и в том же интервью возмутиться тем, что наши доигровщики «до сих пор принимают по устаревшей системе Платонова».
До своего приезда в Россию Баньоли стал самым титулованным тренером европейского клубного волейбола. И, видимо, решил, что держит Создателя за бороду. Даже русские корни его жены Благи не приблизили итальянца к пониманию нашей страны и нашей ментальности. Почитая своим учителя аргентинца итальянского происхождения Хулира Веласко, синьор Баньоли даже не удосужился узнать, кого считал своим учителем сам Веласко. А ведь это был не кто иной, как Платонов. Сначала специалисты заговорили, что по манере игры, отношению к делу, настрою, самоотдаче команда Веласко, выигравшая в 1994 году чемпионат мира, напоминала легендарную платоновскую сборную СССР конца 70-х годов — начала 80-х. А потом сам Веласко, уже в ранге тренера чемпионов мира, произнес: «Хочу поблагодарить синьора Платонова, моего учителя. Этой победой мы обязаны ему и его чудо-команде, перевернувшей все мои представления о возможностях волейбола и волейболистов»…

Он так и уедет, ничего не поняв. Блатта, с которым два года работал бок о бок в «Бенеттоне» и которого он хорошо знает, Баньоли считает всего лишь везунчиком. Но везунчиков не провожают со слезами на глазах.

А именно так прощались с Блаттом игроки баскетбольной сборной России. Заплачет ли кто-нибудь в России по Баньоли? Сильно сомневаюсь.