Вратарь другой республики

Матч со «Спартаком» показал, что главной головной болью Лучано Спаллетти в «Зените» в ближайшее время может стать пост № 1.
Вслух главный тренер петербуржцев ничего такого, конечно же, не скажет. Судя по всему, он вообще никогда не говорит вслух ничего лишнего. «Неполиткорректные» слова слетают с языка в гневе, в запальчивости и главным образом у людей прямодушных. А Спаллетти точно не прямодушен. И разгневанным, тем более взбешенным, его вообразить тоже довольно трудно. 
Когда закончился матч со «Спартаком», в котором — невзирая на хронологию событий — «Зенит» скорее потерял два очка, чем приобрел одно, в шатер для пресс-конференций вошел очень задумчивый человек. Не разгневанный (иначе его наверняка вывел бы из себя милицейский вертолет, будто специально тарахтевший прямо над палаткой), не расстроенный (иначе хотя бы слово разочарования прозвучало в ответах на вопросы), а именно задумчивый. Так задумывается шахматист, вдруг обнаруживший в собственной позиции уязвимое место, или ученый, которому на симпозиуме коллега только что указал на просчет в безукоризненных, казалось бы, теоретических выкладках. 
Спаллетти очень тщательно подбирал слова, пытливо вглядывался в лица журналистов, задававших вопросы. Все понятно: первый матч на своем поле, первая пресс-конференция с пылу, с жару… Конечно же, главный тренер и не мог сказать о голкипере ничего, кроме: «Как и вся команда, Вячеслав Малафеев делал то, что должен был делать на протяжении всего матча». Но ведь что-то должно было ввергнуть Лучано Спаллетти в пучину послематчевых размышлений! Если не вратарь, то что или кто?
Нападение? К нему претензий по первому матчу быть не может. Если Кержаков еще 10 раз не забьет из убойной позиции или Данни перестанет оттягивать на себя соперников и точными передачами выводить на чужие ворота партнеров — может, тогда… Полузащита? Не оправдавший надежды Хусти или Быстров, не выдавший феерию против своей бывшей команды? Так ведь эти недочеты в средней линии сам же Спаллетти и устранил, притом очень вовремя. Не только счет сравнялся, но и представление у болельщиков о новом «Зените» после второго тайма осталось хорошее. Его предшественники-иностранцы, при всем уважении к их заслугам, исправлять собственные ошибки не умели и не хотели, а чаще и вообще не признавали. 
Защита «Зенита» на «Петровском» тоже не заслужила «задумчивости». Не знаю, что было видно по телевизору, но с трибун за четверкой Анюков — Ломбертс — Крижанац — Губочан временами можно было просто любоваться. Позиционно сыграли практически безупречно. Впечатление смазала разве что неразбериха во вратарской, когда Веллитон сделал свое черное дело. Но опять же — почему возникла эта неразбериха? 
Слабые места Вячеслава Малафеева уже давно ни для кого в Петербурге не секрет. Работа с верховыми мячами к числу его достоинств никогда не относилась, равно как и надежность при дальних ударах. В этом смысле совершенно не важно, находился вне игры Веллитон или не находился, прав судья или не прав. Ошибка вратаря на выходе несколькими секундами ранее была в любом случае. Да, всего одна. Но на том новом уровне, на который — по замыслу — Лучано Спаллетти должен вывести «Зенит», больше и не надо. 
В том, старом еще «Зените», при Дике Адвокаате, можно было пофеерить в матче на Суперкубок с командой «Манчестер Юнайтед», а потом в Лиге чемпионов запускать от «Реала» или «Ювентуса». Чтобы выходить в четвертьфинал Лиги, как привык делать Спаллетти с «Ромой», нужны другой уровень надежности и другой уровень участия в командной игре. Забавно было наблюдать, как представители тренерского штаба «Зенита», увидев, что у Лазовича пошла игра в атаке, поочередно делали Малафееву знаки, чтобы он выбивал на серба вперед и налево. Неужели за два месяца сборов ни Спаллетти, ни его помощники не могли взять в толк, что основной вратарь «Зенита» дальше центрального круга мяч выбивает по большим праздникам? 
Дело, впрочем, не только в Малафееве. Рано или поздно ошибаются все вратари (и вообще Humanum est erara — «Человеку свойственно ошибаться»). Важно, как поведет себя Спаллетти, если ошибки будут повторяться. Голкипер сборной Белоруссии Юрий Жевнов был куплен «Зенитом» не только потому, что «плохо лежал» после развала «Москвы». Был Дмитрий Бородин, был молодой Михаил Кержаков. Однако Спаллетти понадобился вратарь примерно того же класса, что и Малафеев. 
Новейшая история «Ромы» учит, что в предыдущем своем клубе Спаллетти отличался взыскательностью к вратарям. Вскоре после его прихода к «волкам» начались поиски альтернативы Джанлуке Курчи, итогом которых стала покупка Алешандре Дони, которому, по словам самого Спаллетти, «Рома» была во многом обязана завоеванием Кубка Италии. Но и к своей собственной креатуре у главного тренера тоже были претензии. Дони хорошо стоял в воротах, но плохо руководил защитниками (ничего не напоминает?). В итоге перед самым уходом из «Ромы» Спаллетти дошел до того, что в своем последнем матче доверился… третьему вратарю команды Жулио Сержио Бертаньоли. И Жулио Сержио с легкой руки нынешнего наставника «Зенита» получил «путевку в жизнь»…
Дело, таким образом, не в одном Малафееве, не в его прогрессе или регрессе. Спаллетти — не упертый бюргер, а исследователь и искатель. Он будет искать наилучший вариант решения задачи, которую сам перед собой ставит. Искать, невзирая на лица, заслуги, популярность у болельщиков и т. д. Искать из любви к искусству. 
Очень похоже, что как раз для него на войне главное — маневр. Если это действительно так, то первым после игры со «Спартаком» телефонным звонком Спаллетти должен был поинтересоваться состоянием плеча Игоря Денисова, а вторым — узнать про больное плечо Юрия Жевнова. В этом случае у Вячеслава Малафеева в матче с московским «Динамо», скорее всего, уже не будет права на ошибку.