Женское это дело

«Ни одна государыня в Европе, — говорили иностранцы, современники царя Алексея Михайловича Романова (Тишайшего), — не пользуется таким уважением подданных, как русская. Русские не смеют не только говорить свободно о своей царице, но даже и смотреть ей прямо в лицо».

И никаких шахмат
Действительно, вплоть до конца XVII века жизнь русских цариц была покрыта флером таинственности. Терем царицы походил больше на монастырь, чем на светлицу. Здесь ютились разные убогие люди, странники, юродивые. Жизнь государыни тоже была жизнью пустынницы, постницы, она была строго согласована с незыблемыми устоями домостроя. Будни — это богомолье, раздача милостыни, беседы с ближними, рукоделье. Царицы сами вышивали золотом и шелками сорочки своему господину, детям шили куклы.

Вышивали и ширинки. Ширинка — это носовой платок царицы и царевны. Он всегда держался в руках при входе в церковь, торжественных случаях.
В праздничные дни устраивались торжественные приемы, на которые прибывали по особому «зову» приезжие боярыни. Садились за стол строго «по чину»: кто поближе к царице, кто подальше от нее. В такие дни любимым развлечением цариц было слушание сказок в песенном изложении гусляров, домрачей. Мирские же удовольствия в допетровские времена напрочь отвергались. Они считались «мерзостью и поганством». Запрещались конские скачки, а также шахматы как предмет идолопоклонения. Даже к безобидным танцам отношение было далеко не однозначным. «Женам же и девам плескание и плясание и главами их покивание, устами их неприязнен клич и вопль, все скверные песни и хребтом их вихляние» — вот такую беспощадную оценку давали танцам строгие ревнители домостроевской нравственности. А игумен Елизарова монастыря Панфилей — тот вообще гневно восклицал: «Что за охота ходить по избе, искать, ничего не потеряв, притворяться сумасшедшим и скакать скоморохом? Человек честный должен сидеть на своем месте и только забавляться кривлянием шута». Вот потому и заводили при государевых дворах шутов, дураков, карлиц, арапов и т. д. Кстати, профессиональный дурак-шут, способный вызвать веселье, при дворе очень ценился.

Охота до охоты
С начала XVIII века увеселительная программа царских дворов уже не столь строго сдерживалась аскетическими узами домостроя. При Анне Леопольдовне в России появились театры, опера, устраивались придворные праздники с фейерверками, пальбой из пушки и, конечно же, щедрыми банкетами. Столы ломились от яств, вино лилось рекой. О прежнем постничестве русских цариц было забыто напрочь. С царского стола рассылались и так называемые «подачки» — близким родственником, высшим духовным властям и т. д.

А после обеда гости Анны Леопольдовны шли в бильярдные или к ломберным столикам, которых во дворце было множество — нравилось правительнице перекинуться в карты.

Еще более завзятой картежницей прослыла императрица Анна Иоанновна. Причем постоянным ее партнером был некий Педрилло, приглашенный из Италии в качестве шута и скрипача для развлечения придворной знати. Он так ловко манипулировал своими валетами, королями, тузами, что слуги Анны Иоанновны только успевали складывать у его ног мешки с деньгами. Сколотив таким образом приличное состояние, Педрилло отправился домой, в Неаполь.
При дворе императрицы проживало множество шутов, дураков, карлиц, калмыков, арапчат, калек — целая толпа тунеядцев, жившая за счет двора и служившая знати в качестве объекта насмешек и издевательств.

А еще Анна Иоановна обожала охоту. Любила устраивать облавы, била из ружья, гонялась с псами за оленями, но особое удовольствие ей доставляла травля зверей.
В последние годы жизни она уже и пообедать как следует не могла, предварительно не полюбовавшись этим изысканным зрелищем, которое устраивали для нее тут же, во внутреннем дворе дворца.

Любила охоту и Елизавета Петровна. В молодости очень красивая женщина, она использовала эти выезды как повод лишний раз продемонстрировать свою привлекательность. В мужском охотничьем платье, особенно подчеркивающем ее великолепную фигуру, с роскошной копной каштановых волос она, конечно, производила сильное впечатление.

Еще нравилось Елизавете Петровне певческое искусство. В ее придворном хоре были певцы из многих стран. В один прекрасный день появился здесь и красивый чернобровый парубок из Малороссии Алексей Разумовский. И так очаровал императрицу своим голосом и красотой , что вскоре стал камер-юнкером, затем камергером, графом и, наконец, генерал-фельдмаршалом Российской империи. В 1742 году в подмосковной деревне Перово состоялось тайное венчание императрицы и Алексея Разумовского.

Екатерина, когда еще не была великой, раздосадованная своим непутевым супругом Петром III, у которого на уме была только игра в солдатики, любила подолгу бродить с охотничьим ружьем по окрестностям Гатчины. А позже она предпочитала соколиную охоту.

В спокойные же часы досуга Екатерина любила посидеть за шахматной доской, поболтать о том о сем со своим царедворцем Безбородко, черкнуть эпистолу Вольтеру или Дидро. Были у императрицы и другие забавы и потехи. Откуда только время на все находилось? Впрочем, потому она и была Великой, что успевала делать многое.