Маленькие тайны большого кино

Помните голову профессора Доуэля из знаменитого фильма по роману Беляева, а удивительный чешуйчатый костюм Ихтиандра из экранизации другого романа фантаста, «пошитый», между прочим, из резины и порезанной на крошечные кусочки кинопленки, которые и стали чешуйками? А камин и курительный столик, рядом с которым, уютно расположившись, Шерлок Холмс поверял результаты своего метода дедукции доверчивому Ватсону? А как утонченно-прекрасно полупрозрачное легкое белое платье, украшенное стеклярусом, в котором Элизабет Тейлор снималась в картине «Синяя птица» — первом советско-американском проекте?

Как рассказывает киновед Александр Поздняков, «я недавно нашел старый журнал «Экран» 76-го года, когда вышла «Синяя птица» и увидел фотографию Элизабет Тейлор, обнимающую Марину Азизян, замечательную ленинградскую художницу, которая «одела» ее в этой картине. Элизабет Тейлор — звезда, которую трудно чем-то удивить, какие только костюмы она не носила, даже Клеопатры. Так что ее трудно чем-то удивить, но Марина Азизян как художник ее поразила и своим профессионализмом, и своими человеческими качествами. То, что создано в картине «Синяя птица», — это, конечно, фантазийный, вымышленный мир Метерлинка, существующий в первую очередь благодаря художникам по костюмам». И надо заметить — талия у знаменитой голливуд¬ской актрисы на момент съемок была явно меньше пресловутых 60 сантиметров. Кстати, поразительно тонка, как оказалась, была фигурка и юной Анастасии Вертинской — судя по роскошному черному платью ее Офелии в легендарной «ленфильмовской» картине Козинцева «Гамлет». А помните не менее роскошный наряд графини де Бельфлор из «Собаки на сене» — платье с декольте, украшенным ручной вышивкой? Маленький секрет: это роскошное шитье по краю декольте платья — деталь старинного кокошника, принесенного кем-то из ленинградцев на студию. А хрустальную туфельку Золушки из легендарного фильма 1947 года, в котором маленькую замухрышку сыграла Янина Жеймо, столетие которой отметили в этом году? Тогда работники студии приносили из дома все мало-мальски «придворное» для съемок бальных сцен, а Золушкино платье сооружалось из обрезков, и только туфельки сделали специально для фильма — художники не нашли обуви 31-го размера. Туфельки из оргстекла оказались еще более хрупкими, чем «настоящие» хрустальные туфельки, — актриса в них могла только войти в кадр, но ни ходить и — не дай Боже! — танцевать. Съемки этого фильма вообще кладезь многочисленных «исторических анекдотов». К примеру, Янину Жеймо предпочли 16-летней балерине, пробовавшейся на роль Золушки, даром что самой Жеймо к тому времени было ни много ни мало 37 лет. Забавно — она была старше обоех «сестер» и даже принца. И еще нюанс: в силу возраста снимать ее могли только по вечерам — мол, утром лицо не киногеничное.

***
Все это — малая толика «ленфильмовской» выставки, рассказывающей об истории старейшей российской киностудии, ее славе, материализованной во всевозможных премиях. На выставке можно увидеть воочию те призы, которые держат киномастера на фестивалях: и нашу крылатую «Нику», и целый фестивальный зверинец — медведя Берлинского кинофорума, леопарда из Локарно, венецианского крылатого льва. Есть там и такие экзотические знаки мирового признания, как премия индийского кинофестиваля.
На экспозиции предпринята и попытка раскрыть некоторые тайны кинопроизводства. Например, в последнем зале, рядом с украшенными позументом костюмами из фильма Виталия Мельникова «Бедный, бедный Павел», кураторы вы¬ставки — художники-постановщики Владимир Светозаров («Собачье сердце», «Тарас Бульба») и Марина Николаева («Кукушка») — соорудили инсталляцию, которую можно было бы назвать «когда б вы знали, из какого сора растут цветы…». Буквально из ничего, из «грязи», по выражению Марины Николаевой, умельцы-декораторы создают уникальные «парадные» интерьеры. И хотя роскошный паркет может быть сделан на самом деле из бумаги, никто из зрителей не сможет воскликнуть: «А король-то голый!»
И в этом же зале, как обещают организаторы выставки, в выходные дни посетители смогут попасть в «актерскую гримерку» и почувствовать себя в роли героя одного из знаменитых фильмов киностудии; а родители, пришедшие на экспозицию с детьми, смогут «доверить» своего ребенка гримерам и костюмерам «Ленфильма», которые превратят детей в героев знакомых каждому «ленфильмовских» сказок.
По словам кураторов выставки, им меньше всего хотелось, чтобы коллекция «Ленфильма» предстала складом реквизита, давно отжившего свое: «Мы предприняли попытку в трех залах соединить славное прошлое студии с его настоящим и,  надеемся, не менее славным будущим». Из «славного будущего» — артефакты из «Хроники Арканарской резни» (так будет называться фильм Алексея Германа по роману братьев Стругацких «Трудно быть богом»). В отличие от иных экспонатов, которые демонстрируют то, что зрители уже видели на экране, здесь, напротив, объекты появились «на свет» раньше картины и, надо сказать, подогрели интерес к долгожданному проекту Германа еще больше. Тяготеющий к перфекционизму Герман настоял на том, чтобы все было настоящим-настоящим. И от кожаной книги и кожаного доспеха с заклепками, от кованого кресла и кованого сомбреро-шлема, и пуще всего от мощного «сапога власти» просто веет средневековым ужасом.

***
Кстати, об Алексее Германе, прибывшем — так получилось — под праздничные фанфары, открывшие выставку. Он тоже внес свою «историческую» лепту в праздник, вспомнив, как впервые попал на студию и увидел в очереди в столовой за киселем «троих Лениных, причем они разговаривали между собой, будучи в образе, а поодаль ходил одинокий Сталин». А еще именитый режиссер выразил надежду, что судьба «Ленфильма» будет благополучной. Об этом же говорил на открытии выставки, приуроченной к 90-летию студии, и глава Комитета по культуре Петербурга Антон Губанков. «В городе не хватает музея кино. Нынешняя выставка — своеобразный этап в его создании. Она очень своевременна и по другой причине. Наши кинематографисты показали, что могут не только ломать копья на съездах, но и творить», — заявил Губанков. — Мы имеем дело с национальным достоянием, таким же, как Эрмитаж, как Петропавловская крепость». И, похоже, слова не разнятся с действием — в 2010 году из бюджета Петербурга будут выделены средства на поддержку кинопроизводства киностудии «Ленфильм».

Ольга МАШКОВА

Фото Интерпресс