Осознанная уставность

Уставный суд Петербурга никуда не исчезнет, но будет работать меньшим составом: вместо семи в нем останется пять судей.
Потихонечку мы все больше осваиваем судебную систему страны для защиты своих интересов уже не только как представители какого-нибудь юридического лица, но и в качестве простых граждан России. Суды у нас теперь всякие-разные: помимо городских и областных судов есть высшие судебные инстанции — Верховный суд, Конституционный суд, Арбитражный суд. А вот на соседа по даче, запускающего свою козу пастись в ваш огород, можно пожаловаться в мировой суд.
В 16 регионах (в том числе и в Петербурге) имеются еще и региональные конституционные суды, именуемые уставными. Их задача — толковать местный Устав (подробно описывающий права и обязанности всех ветвей власти субъекта Федерации), рассматривать дела о несоответствии местного и регионального законодательства федеральным законам (10 лет назад этих фактов было в избытке) и о правонарушениях в практике применения региональных законов.
Когда в 2000 году Уставный суд появился в Северной столице, для законодателей других регионов Северо-Запада он послужил примером для подражания: уж очень надоело депутатам нормативное «творчество» исполнительной власти под себя или «за того парня» из бизнеса. Однако Уставные суды в России, несмотря на заявленный федеративный характер государственного устройства России, так и не получили широкого распространения. Они были созданы в основном в столицах республик и в нескольких мегаполисах. А жаль: одна из причин плохого исполнения российских законов — это как раз отсутствие должного контроля за их исполнением.

Странно, но среди депутатов ЗакСа имеются убежденные сторонники упразднения Уставного суда Петербурга — под предлогом его малой эффективности и обременительности для городской казны. Эту идею несколько лет особенно активно продвигает депутат-юрист из фракции КПРФ Юрий Карпенко. В начале июня он вновь попытался провести через ЗакС ликвидацию Уставного суда с последующей передачей его полномочий Конституционному суду РФ и городскому суду. Юрист Карпенко, видно, забыл, что уставные суды регионов не образуют, в отличие от судов общей юрисдикции и арбитражных судов, единой системы, возглавляемой каким-либо судебным органом, и Конституционный суд не является судебной инстанцией в отношении уставных судов регионов. Впрочем, сходного мнения о бессмысленности Уставного суда, лишившегося своего былого политического веса, придерживаются и некоторые известные петербургские эксперты (в частности, профессор Европейского университета в Петербурге Владимир Гельман и политолог Борис Вишневский). Но, следуя этой логике, можно потребовать убрать солнце, если вы получили солнечный удар на солнцепеке… И та же логика должна помочь правым «простить» федеральную власть, сократившую число прямых выборов из-за их якобы зависимости от «денежных мешков».
Не исключено, что последняя эскапада господина Карпенко ставила целью подготовить почву для задуманной вовсе не им кадровой реорганизации «спорной» судебной структуры: уже через несколько дней комитет по законодательству ЗакСа инициировал законопроект, утверждение которого сократит численность судей с семи до пяти человек (во время тотальной экономии бюджета вряд ли кто возразит). Это произойдет безболезненно — сейчас в Уставном суде одно место судьи вакантно, а полномочия судьи Людмилы Кулешевой истекают буквально через месяц. Кроме того, законопроект предусматривает возможность обращения в Уставный суд городской прокуратуры.
Насколько прокуратуре необходимо содействие Уставного суда — это, конечно, вопрос. Потому что порой самому суду не помешала бы поддержка прокуратуры. А вот «вхожесть» в Уставный суд омбудсмена (сейчас эту должность занимает единоросс Игорь Михайлов) не только увеличит его влияние в городе, но позволит и горожанам с его помощью опротестовывать местные законы (в том числе и решения муниципальных образований), если сочтут их не соответствующими Уставу Петербурга. Другое дело, насколько нынешний омбудсмен готов к подобной «общественной нагрузке»…